«Зверюшкины истории»

«Зверюшкины истории»

по пьесе Дона Нигро «Звериные истории»

Рецензия

Пьеса Дона Нигро «Звериные истории» совсем не про отношения зверей, и в спектакле театральной студии «Театрон» от «звериного» почти ничего и нет – только принты на ярких кофтах с изображением животных. И животные повадки ребята не играют – они рассказывают небольшие драматичные истории о человеческих проблемах. Трудно переживать одиночество, трудно заставить себя услышать, трудно критически мыслить, когда все кричат, что все в порядке, трудно строить отношения, трудно найти себя. Причем эти проблемы – типичные, вечные для людей, о чем говорит и сценография спектакля: на заднике висит холстяное полотно, на котором изображена наскальная живопись – маленькие человечки, антилопы, первобытные (и современные) орудия труда – колесо, пила, коса, ружье. А на самой сцене расставлены низкие «заборчики», грубо сделанные из деревянных палок – и березовый брус на подставке.

Но типичность проблем не делает их банальными – подростки пропускают их через призму своего восприятия – и эти темы глубоко отзываются в их искренней, живой игре. Спектакль движется постоянными переменами от комичного к трагичному – при этом затемняется свет, и музыка с ритмичного «клубного» бита сменяется на лиричную инструментальную.
Сначала попугай Пегги с яркими синими колготками и такого же цвета помадой смешно повторяет «Полли хочет крекер», раскачиваясь на деревянном брусе, улыбается, наклоняя голову вбок. А ее партнер, попугай Ричи, только и сыпет оскорблениями – «Когда ты заткнешься?», сокрушается ее глупости, высоко поднимая руки. Они постоянно тянут в разные стороны длинный шарф, связывающий их. Забавно Пегги повторяет заумные фразы, где-то услышанные ею, – «Отныне время само по себе и пространство само по себе становятся пустой фикцией». Но совсем не забавна сцена, когда Ричи, стоящий за спиной Пегги, наклоняется к ней и кричит «Я тебя ненавижу!». Пегги садится на авансцене, как будто вся сжимается и грустно смотрит вперед. Пока на заднем плане Ричи снова смеется над девушкой, разговаривая не с ней, а со своим ботинком, Пегги отвязывает от шеи шарф и уходит. А самолюбивому попугаю, который не поверил в ее самостоятельные слова «я тебя люблю», остается только метаться по сцене, зовя свою подругу.

«Маленькие трагедии» зверушек

Трагичную историю рассказывает нам и Утконос. Он в черном классическом костюме одиноко бродит по сцене с большим чемоданом. Утконос, непохожий ни на кого, чувствует себя натуральным клоуном – надевает на лицо красный круглый нос, приемом фокусника вытаскивает из пиджака желтую ленту и подвязывает на шею, нахлобучивает помятую соломенную шляпу. Но этот клоун так сильно хочет быть «со всеми» – двигает губами, пародируя мимику бобров, с тоской смотрит на свои руки, вопрошая «почему у меня нет пальцев?». Движения Утконоса резкие, нервные, он все время потирает запястья, утирает пот со лба. Поддается истерии – и быстро рвет сначала рукав пиджака, а потом штанину. Но какова же радость, тихая, еле уловимая на его лице – когда на сцене в таких же клоунских носах и с грузами появляются другие утконосы.

И такие же «маленькие трагедии» – у всех ребят-зверят: страдает от одиночества и девушка-сурок, прижимающая деревянный заборчик к лицу – будто оказываясь в клетке собственного страха. Приходится и девушке-корове выключить свое критическое мышление, отбросить сомнения, подчиниться позитивно-слепому мышлению подружек, бодро кричащих ей «все будет хорошо!» и смирившись, распустить волосы и энергично танцевать под попсовую песню «In my mind» Dynoro (а потом исчезнуть в ярко красном свете прожектора). А трагедия «индюшки с мечтой» Пенни закончится счастьем и перемещением в новый над_природный мир – не верящий в нее индюк в матросской рубашке будет грустно сидеть на брусе на авансцене, а за полотном в свете яркого прожектора мы будем видеть тень индюшки Пенни, играющей на заветном саксофоне.

Лейтмотивом проходит через спектакль сцены с бурундуками, бегущими к обрыву. Бурундучиха пытается переубедить своего друга, заставить остановиться, но он все бежит и бежит на месте к пропасти. И в конце – когда на месте бегут уже все герои, она с полным вселенской печали взгляда бежит впереди всех – а на фоне возникает проекция земного шара – планета крутится-увеличивается, освещая синим цветом всех актеров, – и движется к обрыву, к тотальному неслышанию и непринятию друг друга (которое хочется-таки остановить).

Студентка первого курса театроведческого факультета РГИСИ
Алена Ходыкова

Режиссер – Жанна Атаева

Театральная студия «Театрон» ДДЮТ Выборгского района,

г. Санкт-Петербург