Программа фестиваля

Вход для зрителей бесплатный

День первый

14 марта, понедельник

(Малая сцена)

11.00 – 11.15

открытие фестиваля

11.15 – 12.15

В. Ольшанский
«Мой милый Плюшкин»
Лицейский художественный театр, Лицей искусств «Санкт-Петербург»
Режиссёр – Валерий Дьяченко

Рецензия

История одной души
«Мой милый Плюшкин»

Режиссер – Валерий Дьяченко

Педагог по сценической речи – Мария Одегова

Педагог по художественному слову – Эрик Кения


 

Виктор Ольшанский написал фантазию в семи картинах о том, как стала мертвой душа одного из гоголевских персонажей – помещика Степана Плюшкина. Все мы знаем, что мертвые души у Гоголя не только крепостные в списках, но и сами помещики, и обитатели господских домов, да и ярый покупатель мертвых душ Чичиков точно не сохранил живое сердце.

Но не время осуждать и обличать. Время заняться изучением человека, изучением его пути к жизненной катастрофе.

Спектакль Лицейского художественного театра показывает жизнь Плюшкина (хорошая, серьезная работа Арсения Иванова) как бы в обратном порядке. Вот первые сцены – скупой, прижимистый Плюшкин гоняет Мавру, трясется за каждую крошку, ходит в засаленном халате и продает мертвые и беглые души ушлому Чичикову. Появление персонажей всегда сопровождается особым звуком – все они повязаны этим роком, своими замороженными, омертвевшими душами.

Но проблески случаются. Вспоминает Плюшкин однокорытника своего, давнего друга Ивана и голос кажется бодрее и моложе. Душа становится на наших глазах снова (или еще?) живой. Сменяется картина. Уже взрослые дети наносят Плюшкину удар. Красавица Александрин, уверенная, волевая, вначале пытается помочь непутёвому брату Петру добыть деньги у отца. Петр, Петруша, Пьер – взвинченный, невротичный молодой человек, внутренне пустой. Ничего в общем-то не важно для детей Плюшкина. А самому Плюшкину важна шкатулка, в шкатулке этой его сердце, память – вещи покойных дочери и жены, детские вещи Александрин и Петра. Но им самим не ценны уже воспоминания об этом. Может быть потому, что сам Плюшкин когда-то разрушал их души и даже не заметил это? Не заметил, как дочь сбежала с офицером. Не заметил, как сын поступил на воинскую службу в полк. Не одобрил и не принял этого, черная кошка навек пробежала между ним и детьми.

А история жизни помещика Плюшкина все откручивается назад, в прошлое. И все больше и больше он расцветает. Вот он вдовец. Но он вновь влюблен. В гувернантку-француженку Жюли. Все, как положено русскому барину. Плюшкин здесь азартен, деловит, имение его кипит деятельностью, и барин мечется по нему, стараясь проконтролировать каждого мужика. И важное признание, и предложение нежной Жюли с ее очаровательными ошибками в русском он пытается сделать между распеканием крепостных. Но его искреннее, сильнее признание тонет во всем этом хозяйственном шуме. Да и Мавра зло и одновременно комично мешает Жюли и Плюшкину – буквально гоняет их половой тряпкой. Она-то осталась без любви с молчаливого согласия Плюшкина.

Вот новый виток. Жена Плюшкина Глафира беременна их последним ребенком, той самой болезненной Варенькой, о которой так нежно и трогательно будет заботиться Плюшкин. Но тревога разлилась в этом счастливом доме. Тревожится Глафира – слишком много вокруг плохих примет, она уверена, что скоро умрет родами. И Плюшкин с азартом старается рассмешить и убедить жену в нынешнем и будущем счастье. Но и здесь холод проникает в души. Зачем эта нежная, тонкая Глафира, которая так зябко кутается в платок, вдруг таким уверенным тоном осуждает и энергичную хозяйственную деятельность мужа, и его пылящиеся в сарае английские станки? И еще более уверенным тоном отказывается давать согласие на брак Мавры, лишая ту семейной жизни.

Но вот свет гаснет, и затем перед нами совсем молодой Плюшкин. Он влюблен. Глафира прекрасна. Жизнь тоже так прекрасна, что дух захватывает. Молодой Плюшкин почти бежит, прыгает по сцене. Он будит лучшего друга, чтобы спросить: верит ли тот в него и его будущую жизнь. И свое особое “верю!” друг кричит не только молодому Плюшкину, но и Плюшкину будущему. И с каждым разом “вееерюю!” звучит все отчаяннее. Друга ставят на стул, и это “верю” Плюшкин записывает на телефон, словно понимая, что это счастливое предчувствие будущей жизни нужно зафиксировать.

Счастливой жизни не сложилось. Все оборвалось. В финале остаются Мавра и Плюшкин. Пыльные барские комнаты, засаленный халат, нищее имение, проданные мертвые души и разбитые сердца…

Но кажется еще совсем чуть-чуть – и застучит дождь по окнам, а после него выглянет солнце, и Варенька мечтательно будет говорить о качелях, Глафира Тихоновна будет пить чай из своей маленькой чашечки, и та не разобьется, напишет из полка Петруша, приедет с семьей Александрин.

Как же так получилось, милый Плюшкин?

Полина Никитина
Студентка театроведческого факультета РГИСИ

12.30 – 13.00

А. Чехов
«Предложение»
Образцовый детско-юношеский драматический театр-студия «Дуэт»
ДДЮТ Московского района г. Санкт-Петербург
Режиссёры – Ирина Алекперова, Аршад Алекперов

Рецензия

Милые бранятся – только тешатся
А.П. Чехов
«Предложение»

Образцовый детско-юношеский драматический театр-студия «ДУЭТ» ДД(Ю)Т Московского района. Санкт-Петербург.

Режиссеры – Аршад Алекперов, Ирина Алекперова


 

Зритель видит на сцене массивные стулья с резьбой, старинную тумбу, декорацию – красочные платки с орнаментами объединены в вертикаль, как колонны. Декорация создает впечатление глубины коридоров и комнат дома. Звучит неспешная, с повторяющимся мотивом мелодия, появляется ощущение неторопливой жизни, в которой сегодняшний день похож на вчерашний и будет похож на следующий. Представляется место действия – помещичий дом в далекой деревне.

Появляется Степан Степанович Чубуков, он проходит по сцене, садится на стул, затем входит Иван Васильевич Ломов. Артисты выражают разную, противоположную энергетику героев. От Чубукова (Кирилл Туренко) исходит абсолютное спокойствие, уверенность, он будто знает все, для чего приехал сосед, о чем пойдет разговор. Герой и говорит в зал о Ломове: «За деньгами приехал». Иван Васильевич (Мирон Фарафонов), наоборот, нервничает, сутулится, чем больше говорит, тем сильнее горбится.

И Ломов рушит привычный порядок жизни, он, заикаясь, не с первой попытки просит руки дочери Чубукова Натальи Степановны. Чубуков меняется, исчезает чинная неспешность, он стремительно дает согласие на брак и на высоких тонах зовет дочь. Дальше в спектакле Степан Степанович будет суетливым, пытаясь сделать все, чтобы этот брак состоялся.

Наталья Степановна (Александра Волкова) вбегает на сцену в фартуке и поварском колпаке. Она вся в домашних заботах, поначалу не слышит Ломова, замечает фрак на Иване Васильевиче лишь когда тот сядет рядом с ней на стул. Спор между Ломовым и Натальей Степановной происходит из-за того, что Иван Васильевич не знает, с чего начать, потому говорит о давних связях между двумя семьями. Героиня думает о своем, не вникает в слова Ломова, слышит о Воловьих Лужках и отстраненно, будто исправляя оговорку, отвечает, что «Воловьи Лужки – наши». В этой сцене Иван Васильевич перестает заикаться, в голосе появляются жёсткие интонации несогласия, он хочет доказать «из принципа», что Воловьи Лужки его. Мирон Фарафонов в пластике проявляет внутреннее состояние Ломова: у героя трясется рука, он хватается за сердце, его фрак подчеркивает худобу и согбенность спины.

В следующей сцене, после того как Чубуков рассказал дочери о причине визита Ивана Васильевича, героиня Александры Волковой постепенно осознает, что для нее значит «предложение». Сначала она говорит тихо, для себя, будто пробуя слово на звучание, потом несмело, словно сомневаясь, повторяет – «предложение»… Дальше Александра Волкова говорит с интонацией слабой веры, затем радостно и, наконец, беспокойно, ее героиня понимает, что Ломов ушел, и брак может не состояться. В этой сцене Наталья Степановна предстает как юная девушка, а не погруженная в заботы хозяйка имения. Сцена заканчивается почти истерикой героини, она кричит отцу: «Скорей, скорей! Дурно! Вернуть!».

Чубуков возвращает Ивана Васильевича и стремительно уходит за иконой для благословения. Действие ускоряется. Наталья Степановна, желая начать разговор, спрашивает Ивана Васильевича об охоте, и начинается новый спор об охотничьих собаках.

В финале Наталья Степановна и Иван Васильевич двигаются в медленном танце под неспешную музыку из начала спектакля. Помолвка все-таки состоялась. Наталья Степановна вновь спрашивает: «Скажите, Откатай лучше Угадая…». Иван Васильевич не соглашается. Разногласия остаются, только они не могут помешать счастью. В интонациях нет желания продолжать спор. С музыкой возвращается спокойный, привычный уклад жизни, будто и не было споров.

Валентина Будаева
Студентка театроведческого факультета РГИСИ

13.10 – 13.55

Н. Гоголь
«Мёртвые души»
Театральная студия на Фонтанке, г. Санкт-Петербург
Режиссёр – Дмитрий Петров

Рецензия

Заплетись, шум, заплетись
Н. Гоголь
«Мёртвые души»

Театральная студия на Фонтанке, Санкт-Петербург.

Режиссёр – Дмитрий Петров
Педагог – Екатерина Романова


 

Не в первую очередь ожидаешь услышать нашумевший хит Go_A «Шум» на спектакле по гоголевской поэме. Постановка во многом запоминается именно благодаря музыке и звуковой партитуре – это и удары верёвки по полу, и речевые характеристики персонажей, но самым отчётливым впечатлением и красной нитью действия становится именно эта песня. Под неё мчится с белым, как мел, лицом Чичиков мимо помещиков, ненадолго задерживаясь, но ни с кем не сближаясь. Единственный, кто не одет в песочно-бежевые одежды, обезличивающие персонажей и сливающие их в одну массу, Павел Иванович одинаково умело подстраивается под каждого, кто встречается на его пути, но только на время.

Группа юных исполнителей, которую с прицелом на будущее уже можно назвать формирующимся актёрским ансамблем, наделяет каждого персонажа-помещика индивидуальным опознавательным знаком. У четы Маниловых это становится приторно-услужливым отношением к Чичикову, граничащем с экзальтацией и ежесекундными обмороками. Гипертрофированно восторженно и, одновременно, сверхиронично выглядят первые «продавцы» на пути хитрого хамелеона Чичикова.

Коробочка, не забывая крестить всё вокруг и судорожно суетиться, торгуется и всё-таки выуживает свою выгоду. Окружённая то ли крестьянами, то ли уже призраками, она (как, впрочем, и все помещики) существует и в мире спекулятивной купли-продажи, и в абстрактной картине мира Чичикова.

С рассыпающимися по столу картами и пустыми ярмарочными разговорами проносится мимо него Ноздрёв, желающий, кроме наживы на душах, продать ещё и жеребца, или хотя бы кобылу. Непутёвый и плутоватый помещик несколько раз прокручивает Павла Ивановича на деревянной тележке, которая в спектакле служит и кибиткой, и столом переговоров, и даже кроватью Чичикова, но история ноздрёвских похождений заканчивается появлением карлика-полицмейстера, который через несколько секунд оборачивается рослым и непреклонным служителем закона.

Вечно задыхающийся, словно на грани инсульта и инфаркта одновременно, Собакевич тоже не забывает поторговаться и попросить «сто рублей за душу», но, когда дело доходит до торгов, Чичиков перестаёт мимикрировать под окружение и становится самим собой, потому и на этот раз не уступает своей выгоды.

Последним на его пути становится Плюшкин (которого впечатляюще фактурно, смешно и страшно играет хрупкая девочка), без особого сопротивления отдающий «мрущих, как мухи» бывших крестьян.

Спектакль собран кольцевой композицией – бесновато танцуют души/крестьяне/помещики/рассказчики вокруг Чичикова, толкая его на встречу с губернатором и его ближайшим кругом, и так же заканчивается действие. Не только странствия от одного пункта к другому проносятся под оглушающий «Шум» Go_A, но и уносится вдаль Павел Иванович именно под эту музыку. Как ретивые кони, запрягаются ребята в метафорическую птицу-тройку и несутся сквозь тьму и/или внутрь неё.

«Руськудажнесешьсятыдайответнедаётответачуднымзвономзаливаетсяколокольчикгремитистановитсяветромразорванныйвкускивоздухлетитмимовсечтониестьназемлиикосясьпостораниваютсяидаютейдорогудругиенародыи государства» – последние слова поэмы сливаются в единый непрекращающийся звук, они приходят на смену лейтмотиву всего спектакля, и это действует с подавляющей силой. Павел Иванович, высокий юноша с длинными рыжеватыми волосами, собранными в хвостик, в спектакле Дмитрия Петрова выглядит пустым, мёртвым человеком, которого по-настоящему умершие души ещё не затянули в свои объятия, но он уже находится среди них. Чичиков в чёрном сюртуке одиноко и недвижимо стоит посреди беснующегося хоровода, на мгновение сам становится его частью, но и сам же выводит его вперёд, в свою кажущуюся неуправляемой упряжку, и несётся в чёрную пустоту.

Полина Лесникова
Студентка театроведческого факультета РГИСИ

14.25 – 15.05

В. Биркин
«Спасибо. Недетские рассказы о военном детстве»
Коллектив малых театральных форм «Арлекин»
ДК Парголовский, г. Санкт-Петербург
Режиссёр – Виктор Чепрасов

Рецензия

Не детское лицо
«Спасибо. Недетские рассказы о военном детстве»
По произведениям С. Алексеева, В. Биркина, Р. Рождественского, С. Алексиевич

Коллектив малых театральных форм «Арлекин». ДК Парголовский, Санкт-Петербург

Режиссёр – Виктор Чепрасов


 

«О войне я знаю лишь из учебников истории» – спектакль начинается так, как мог бы начаться не один спектакль о Великой Отечественной войне. Но, вопреки ожиданиям и принципам детских «военных» спектаклей, артисты из коллектива малых театральных форм «Арлекин» не пытаются отрефлексировать войну с позиции людей, живущих под мирным небом. Пять историй о военном детстве наполнены и объединены отнюдь не детской мыслью, которая однажды даже впрямую звучит со сцены: «Где-то гремит война. Но с каждым днем она приближается к моему дому».

Оттого и не услышит зритель за время спектакля ни звука перестрелок, ни грохота разрывающихся снарядов, ни визга сирены. Ведь война – это не только поле боя, война – это жертва, которую юная Катя (одна из героинь спектакля) приносит, отдавая новое платье на расходный материал для пороховых шелковых мешочков; война – это звон бутылок, которые дети должны собрать для помощи фронту; война – это звуки музыки и стук каблучков, когда радость надо находить в каждом дне; война – это звенящая тишина и застывший немой вопрос в детских глазах, впивающихся в каждого взрослого в зале. В спектакле война гремит в словах артистов.

Композиция спектакля построена так, что война то приближается, то отдаляется от зрителя в зависимости от эпизода. В центре – первая и самая яркая в спектакле встреча юношества с ужасом войны – «Баллада о зенитчицах» Роберта Рождественского. Поэтический текст внедряется в спектакль лишь единожды, но не кажется чужеродным элементом, оттого, что прозаические части, подобно поэзии, подчинены четкому ритмическому рисунку. Изображение артистами оглушительного стука молота и работающих заводских станков, разложение текста на несколько голосов или врывающийся между эпизодами ритм пасадобля, – все это помогает коллективу акцентировать внимание на наиболее драматичных моментах, как бы подсвечивая для зрителей суть своего послания. Горечь лишений и боль от потерь оттеняются в спектакле сценами веселья, что только усиливает внутреннее гнетущее чувство несправедливости и беспомощности перед лицом войны.

Важно, что исполнители ролей не ударяются в трагический пафос. И сюжет, и исполнение нисколько не приуменьшают ужас и боль, которые испытывает человек от войны, но не забывают участники коллектива, что даже военное детство – это все еще детство. А значит, это пора игр и шалостей, пора безудержной смелости и дерзких мечтаний, пора, когда самая густая мгла окружающего мира не сможет погасить свет внутри тебя.

Мадина Сагидова
Студентка театроведческого факультета РГИСИ

15.15 – 16.00

Н. Тэффи, А. Аверченко
«Переоценка ценностей»
Образцовый коллектив, театральная студия «НаВыРост»
КЦ «Каскад», г. Петергоф
Режиссёры – Елена Антонова, Светлана Митина

Рецензия

Господа, ответьте!
Н. Тэффи, А. Аверченко
«Переоценка ценностей».

Образцовый коллектив, театральная студия «НаВыРост», КЦ «Каскад», г. Петергоф

Режиссёры – Елена Антонова, Светлана Митюк


 

Длинный стол, покрытый зелёным сукном, на нём десять чернильниц с разноцветными перьями – вот и готов кабинет гимназии. Пять девочек в белых институтских блузках и пять мальчиков в чёрных костюмчиках – вот и весь класс, который, несмотря на разницу в характерах и увлечениях (тут найдётся место и кокетству, и поэзии, и бунту, и любви к бизончикам), постепенно объединится всего лишь после одного вопроса: «Виктория Сигизмундовна, а зачем вообще учиться?» И понеслось! Состоявшееся за несколько минут до урока заседание, провозгласившее отмену «малали» (читай – «морали»), всеобщее равенство и узаконивание воровства, удалось – можно переоценивать ценности и дальше!

После этого вопроса, кажущегося невинной шалостью, урок математики превращается в площадку для темпераментного противостояния поколений, на кону стоит важнейший для детей (и не только) вопрос: «Когда жилось лучше – тогда или сейчас?» Педагог остается в одиночестве при отстаивании культуры («Виктория Сигизмундовна, что это вообще такое – культура?!», – непрестанно задаётся вопросом одна из учениц), и даже мечтательный рассказ о Нью-Йорке, его улицах, трамваях и электричестве не может убедить детей отказаться от их ценностей.

А почему, собственно, сейчас – лучше? Ведь тогда («Тохда, Виктория Сигизмундовна!», – выпаливает хулиганистая девчушка) можно было есть сколько угодно фруктов, цветы были «ого-го какие!», коренные индейцы запросто могли стать твоими друзьями, да ещё и бизончиков можно было гладить! Школьный диспут оборачивается перечислением мечт и желаний, и несчастная Виктория Сигизмундовна вынуждена капитулировать перед этим напором. Урок окончен! Ребята неохотно покидают класс, складывая тетради в стопку и по очереди выражая своё отношение к случившемуся через ухмылки, смешки, недоумения, вздохи.

Но вот незадача: оставшись одна, Виктория Сигизмундовна ещё раз задаётся вопросом, который тревожил её весь день, и неожиданно… Соглашается с ребятами! Переоценка ценностей легко и непринуждённо свершилась за скучной проверкой школьных тетрадей. Занавес!

Полина Лесникова
Студентка театроведческого факультета РГИСИ

16.10

Круглый стол с обсуждением спектаклей

Ведущий – театровед Алексей Пасуев

16.30

Мастер класс по актерскому мастерству

Ведущая – актриса театра и кино Полина Сидихина

16.10 – 20.00

Творческая лаборатория

Руководитель – актер, режиссер театра «Мастерская». Художественный руководитель театральной студии «Кактус» Сергей Агафонов

День второй

15 марта, вторник

(Малая сцена)

11.00 – 12.00

А. Погорельский
«Чёрная курица, или подземные жители»
Театр-студия «Театралика», г. Саратов
Режиссёр – Анжелика Лозановски

Рецензия

Высокое как норма жизни
А. Погорельский
«Чёрная курица, или Подземные жители»

Театр-студия «Театралика», г. Саратов

Режиссёр – Анжелика Лозановски


 

Одно из важнейших достоинств спектакля это точное понимание того, что волшебная сказка Антония Погорельского – произведение прежде всего романтическое, и тема двоемирия здесь важнейшая.

Двоемирие визуально здесь воплощено через два плана спектакля – хореографический и драматический. Некоторые персонажи также раздвоены, например, курочку Чернушку и её реальную ипостась – министра подземного королевства – играют два разных актера.

Хореографический план воплощен бесконечными повторяющимися движениями с паркетными досками. Эти механические движения отсылают нас еще к сказке Одоевского “Городок в табакерке”, которую традиционно рассматривают в литературоведении рядом с “Черной курицей”. Эти же паркетные доски становятся и кроватями мальчиков, и партами, и оружием в их стычках.

Спектакль зачастую тонет в собственной изобретательности, а “роковые” раскаты музыки звучат громче, чем голос Алеши. И можно было бы списать это все на техническую сторону, но вот что видится еще. При постановке этой сказки режиссеры увлечены её романтическим миром, антуражем. И это безусловно правильно. Но в современных постановках можно задаться еще и вопросом о тех нравственных нормах, которые закладывал Погорельский. В целом они до сих пор самые правильные и верные – добивайся успеха своим трудом, не предавай, держи слово. Но почему никто в пансионе не замечает, что мальчик Алеша бесконечно одинок? Не слишком ли строг учитель (очень интересно и продуманно исполненный Ярославом Мудригелем)? Действительно ли, если ты награжден способностями, то должен быть скромнее всех? Погорельский стремился в сказке следовать традиции рыцарских романов и делал “высокое” нормой жизни. Но в праве ли мы требовать этого высокого от одинокого мальчика? Тем не менее, дуэт министра и Алеши наполнен дружескими, почти родственными чувствами. И юные актеры очень тонко это воплощают.

И несмотря на чуткую игру Даниила Розенфельда, кажется, в постановке осталось мало места переживаниям Алеши, его горестям и решениям. Спектакль сохраняет идею сказки о прохождении своеобразной инициации, о взрослении героя. Но немного забывает путь героя к этому взрослению.

Полина Никитина
Студентка театроведческого факультета РГИСИ

12.15 – 12.55

Н. Тэффи
«Тонкие чувства»
Театральная студия Гимназии №18 им. И.Я. Илюшина, г. Королёв
Режиссёр – Людмила Аркадова

Рецензия

Девичьи грезы

Н. Тэффи
«Тонкие чувства»

Театральная студия Гимназии №18 им. И.Я. Илюшина, г. Королёв

Режиссёр – Людмила Аркадова


 

Произведения Тэффи очень любят ставить театральные студии. Иронические рассказы о гимназических буднях и девичьих мечтах, которые, впрочем, одинаково близки девушкам всех времен, привлекают заслуженное внимание. Из-за этого вырабатывается определенный стереотип того, как должна быть поставлена и сыграна Тэффи. Пелеринки, завитки, ужимки, взвизгивания и прыжки… 
Вот вроде все это есть и в постановке “Тонкие чувства”. Но здесь все тоньше, спектакль воплощен минимальными средствами: единственная декорация – тройная ширма с рисунками и письмами. На фоне этих ширм и происходят все события, а еще из них выскакивают герои. Девочки-институтки одновременно индивидуальны и слиты в “единый организм”. Это такой общий герой, общее представление о девочке на пороге взросления, на пороге мечтаний о будущей жизни. 
Девочки подглядывают за гимназистами, при появлении классной дамы начинают петь “Аве, Мария!”, влюбляются в братьев одноклассниц, даже не видя их, пишут стихи (и образ юной черноволосой поэтессы один из самых привлекательных в спектакле). Самым ярким эпизодом можно назвать сюжет о дуэли. Он искрометный, ироничный, в нем наставлены друг на друга пистолеты. И каждая девчонка хотела быть поводом для дуэли. Главное, чтобы закончилось все хорошо.
       Этот спектакль умело работает и с пониманием того, что Тэффи не просто смешная, а очень ироничная писательница. И вместе с тем создатели спектакля увлечены и временем Тэффи, и той самой юностью, которая так умеет мечтать и ждать будущего.

Полина Никитина
Студентка театроведческого факультета РГИСИ

13.10 – 13.50

Л. Вылковский
«Волшебник»
Театральная студия «Однажды»
Школа №204 Центрального района г. Санкт-Петербург
Режиссёр – Александр Семёнов

Рецензия

Без волшебства

Театральная студия «Однажды» школы №204 с углубленным изучением иностранных языков Центрального района Санкт-Петербурга.

Режиссер – Александр Семенов


 

Идея пьесы, спектакля понятна. Любое чудо можно исказить настолько, что от него ничего не останется. Эта мысль часто повторяется, но не развивается. К Волшебнику приходят люди, чтобы стать счастливыми, они ругаются между собой, кто-то пытается пройти вне очереди. Тогда появляется девочка, которая хочет помочь Волшебнику. Так появляются номерки, чтобы урегулировать споры в очереди, затем строится «сарайчик» для помощников, потом отели, аттракционы, открываются рестораны. В безлюдный тихий лес к дому Волшебника прокладывают шестиполосную трассу.

Эти события, изображенные в пьесе Л. Волковыского, звучат в репликах юных артистов. Однако появляется ощущение, что материал не подходит для детского репертуара, не потому что дети хуже взрослых и не могут совладать с ехидным, ироническим текстом. Представляется, что ирония и ехидство у детей иного свойства, они совершаются через кураж, свободу, а не через нарочитые повторы.

Действие разворачивается с помощью ширм. На них, как на полотнах, изображается дом Волшебника, колесо обозрения, входы в кафе. В начале спектакля ширма одна – жилище Волшебника, потом по мере того, как герои решаются на облагораживание территорий и обширное строительство, их становится больше. В финале ширмы образуют полукруг.

Выразительны в спектакле костюмы. Волшебник появляется в красной шляпе и темно-синем плаще. Постоялица отеля, которая ждет своей очереди, появляется в красном блестящем платье и того же цвета широкополой шляпе с номерком в пластиковом чехле. Изменения в костюмах означают изменения в характерах героев. Главная героиня в начале спектакля появляется в простой белой рубашке и брюках. Но в финале, когда ее цель «помочь Волшебнику» утрачивается, она становится в один ряд с «помощниками», которые продают сувенирную продукцию. Тогда девочка появляется в цилиндре – «в высокой шляпе для джентльменов, имеющих высокие цели» – в пиджаке и галстуке. Героиня вместе с другими помощниками нараспев повторяет: «Наша цель – помогать Волшебнику!».

Кажется важным отследить процесс того, как девочка с искренним желанием помогать становится дельцом. Когда произошло изменение? Героиня часто повторяет: «Моя цель – помогать Волшебнику». Интонация фразы у актрисы постоянно меняется. Сначала слова звучат восторженно и четко, непримиримо, уверенно. Потом реплика раздается с сомнением, как вопрос. В следующий раз фраза звучат успокаивающе. Потом она повторяется просто так, как пустые слова. Кажется, что от цели осталось только название, лозунг.

Мотив утрачивания смыслов существует в спектакле и кажется неразрывным с темой счастья. Однако мотив счастья и его подмены обозначается и не имеет продолжения. Было бы ценно увидеть фантазии, этюды ребят о том, как волшебник мог сделать всех счастливыми, как происходило чудо. Тогда бы стала яснее мысль, что аттракционы, рестораны, отели – только материальное счастье, и оно отличается от того, что дает Волшебник.

В финале спектакля девочка, стоя среди помощников спиной к Волшебнику, говорит: «Вы пошли против системы. Мы не сработаемся. Вам нужно уйти». Ширму с изображением дома Волшебника поворачивают другой стороной, и зритель видит небоскребы. Слова героини звучат холодно и безразлично. Кажется нелогичным, как девочка, которая получила счастье от Волшебника, стала дельцом, и не хватает ясности того, что есть счастье. Возникает пугающая мысль: «Может быть, и счастье, и чудо человеку не нужно?».

Валентина Будаева
Студентка театроведческого факультета РГИСИ

14.20 – 15.00

В. Астафьев
«Конь с розовой гривой»
Театрально-музыкальная студия Детского музыкального театра
МОУ «Центр образования № 23 «Созвучие», г. Вологда
Режиссёр – Анна Мухина

15.10 – 16.00

Н. Гоголь
«Ночь перед Рождеством»
Театральная студия «Театральный лицей ДТЦ «Театральная семья», г. Санкт-Петербург
Режиссёр – Александр Серенко

Рецензия

Страшные сказки
Н. Гоголь
«Ночь перед Рождеством»

Театральная студия «Театральный лицей ДТЦ «Театральная семья», г. Санкт-Петербург

Режиссёр – Александр Серенко


 

“Ночь перед Рождеством” – яркий, смелый спектакль, заряженный упоением молодости. Здесь мы видим и увлеченность молодых актеров современным театром и, что очень важно, самим гоголевским текстом.
“Ночь перед Рождеством” – сказочный, готический и романтический спектакль. Вот так -все вместе. Сказочный он по своей сути, по волшебству, происходящему на сцене. Готический по своему воплощению – явно обнаруживает насмотренность авторов фильмами-сказками и хоррорами. И, вообще, видно стремление создать такую театральную “Сонную Лощину”. Романтизм всегда отличался стремлением к национальному, и то, как во времена Гоголя воспринимали Украину с её ярким бытом и колоритом, с её мистическим миром чертей, ведьм и русалок, сохраняется и в спектакле, несмотря на современный антураж.
“Ночь перед Рождеством” – спектакль изобретательный. Полет с Чертом создается за счет движения черного полотнища полиэтилена, запорожец Пузатый Пацюк воплощается с помощью огромной маски, и вообще масками изобилует все действие – ведь на свете ночь перед Рождеством, и скоро люди начнут петь колядки. Спектакль наполнен отсылками к современной культуре. Императрица Екатерина восседает на покрытой тем же полиэтиленом лестнице в золотом кокошнике. И похоже это совсем не на русскую императрицу, а на фотографии из журнала Vogue в русском стиле.
“Ночь перед Рождеством” – спектакль трех героев. Оксана (Арина Евстратова) – девушка загадочная. Хорошо сделан эпизод, где Оксану превращают в “бабу на чайнике”, а Вакула все равно видит в ней истинную красоту. Именно этот эпизод дает нам понимание, зачем вообще Вакула отправляется за царскими черевичками. Но совсем непонятно, что же Оксана-то хочет от Вакулы. Черт – вторая главная героиня. Оказывается, Черт не в ад хочет утащить Вакулу, а … влюбляется в него. Девочка-черт (Ксения Кузьменко) поет отчаянную песню о любви, в конечном итоге скорее всего именно из любви Черт помогает Вакуле.
Вакула – безусловный центр спектакля. Это цельный, ясный персонаж, красивый молодой человек. Роль проведена от начала до конца. Матвей Бутенко играет романтического персонажа, он художник, он влюбленный, он страдающий, он идет к своей мечте. Герой одинаково убедительно и читает реп, и управляется с кузнечным молотом, и преклоняется перед возлюбленной Оксаной.
Все события комментируют два хора – мужской и женский. И все они упоены этой игрой – масками, частушками, гармонью… В спектакле сплетены и колдовская, яркая Украина Гоголя, и сумрачный, мистический Петербург Гоголя.

Полина Никитина,
Студентка театроведческого факультета РГИСИ

16.10

Круглый стол с обсуждением спектаклей

Ведущий – театровед Алексей Пасуев

16.30

Мастер класс по танцу

Ведущий – Победитель шоу «Танцы на ТНТ» Виталий Уливанов

16.10 – 20.00

Творческая лаборатория

Руководитель – актер, режиссер театра «Мастерская». Художественный руководитель театральной студии «Кактус» Сергей Агафонов

День третий

16 марта, среда

(Малая сцена)

11.00 – 12.00

«Наши…»
На основе реальных историй
Детская театральная студия «Премьера» при Драматическом театре «Колесо» им. Г. Дроздова, г. Тольятти
Режиссёр – Елизавета Двинская.

12.15 – 13.15

«Валентинка»
по повести Л. Воронковой «Девочка и з города»
Детская театральная студия «Том Сойер», г. Москва
Режиссёр – Артём Кабидов

Рецензия

«Может, надо и валентике чулки связать?»
«Валентинка»
по повести Л. Воронковой «Девочка из города»
Детская театральная студия «Том Сойер», г. Москва

Режиссёр – Артём Кабидов


 

Можно ли чувствовать себя где-то более защищенно и уверенно, чем дома, в окружении своей семьи? Так уж вышло, что люди, попадающие в сложные жизненные обстоятельства, в первую очередь, стремятся оказаться ближе к своим родным, которые не позволят ни одной трагедии в мире выбить почву из-под ног. Но если такого места и таких людей просто нет? Этот вопрос взволновал и участников детской театральной студии «Том Сойер». В спектакле по повести Л. Воронковой «Девочка из города» маленькая Валентинка во время Великой Отечественной войны попадает в деревенскую семью, в семью Дарьи Шалихиной. Родители девочки погибли на войне, а добрая женщина приютила сиротку.

Валентинка очень тяжело свыкается со своей новой жизнью. Деревенский дом воплощен на сцене с помощью холщового материала: это и печь, и скатерть, и кровать. Весь мир вокруг создается так, чтобы быть совершенно чуждым городской девочке, она не знает здешних порядков, никогда не слышала о любимых местных праздниках, она слишком тихая и скромная для буйного, громкого деревенского детства.

Но постепенно Валентинка начинает находить контакт и с хозяйкой дома Дарьей, и с ее детьми, бойкой Таиской, юрким Романком, и манерной Грушей. Мир никогда не тронется с места, если ты сам не сделаешь шаг ему навстречу. Деревенский мир, семейный уклад в доме Дарьи начал преображаться, когда на него начала влиять Валентинка. И пусть все началось с цветов, нарисованных краской на холщовой скатерти, которые по замыслу должны были порадовать Дарью в день именин, привело это к тому, что Валентинка почувствовала себя частью семьи.

В актерском ансамбле у каждого юного исполнителя свой неповторимый почерк. Валентинка в самом начале спектакля действительно воспринимается как человек пришедший извне. Она, как тот самый цветок, нарисованный красной краской по грубой ткани, которая потом становится неотъемлемой частью сценического мира. Таиска держит всю детвору деревни в кулаке, громкая и задиристая, она на самом деле – ранимый ребенок, не понимающий, как по-другому можно показывать свои чувства миру. Романок – проворный и любопытный мальчишка, вынужденный учиться быть мужчиной в окружении одних только женщин, потому что отец еще на войне. Груша – самая взрослая из детей, и поэтому несущая на себе наибольшую ответственность за спокойствие мамы. И, конечно, сама Дарья, в которой не угасает чувство любви ко всему живому и желание помочь всем, кто в этом нуждается. Хор деревенских детей точно воплощает атмосферу этой гулкой непоседливости.

Как оказывается, совсем не обязательно быть связанным кровными узами для того, чтобы найти в мире своих близких людей. Иногда даже те, кто, на первый взгляд, кажутся полной противоположностью нам, становятся самыми родными. В конце концов, если вам кажется, что вы непреодолимо одиноки, посмотрите вокруг, может, в этот момент рядом с вами окажется тот, кто подарит вам самое уютное и нежное чувство в мире – чувство семейного тепла, которое способно согреть в самые суровые морозы.

Мадина Сагидова
Студентка театроведческого факультета РГИСИ

13.30 – 14.20

Н. Евдокимова
«Лето пахнет солью»
Образцовый театр «Забава», г. Северодвинск
Режиссёр – Наталия Громова

Рецензия

Дружбв и любовь на фоне моря
Н. Евдокимова
«Лето пахнет солью»

Образцовый театр «Забава», г. Северодвинск

Режиссёр – Наталия Громова


 

Море, солнце, пляжные шорты. Атмосфера лёгкости и лета, беззаботности, первой любви. Несколько историй объединены именно темой или местом действия. Ритм спектакля меняется между этими частями, и если история о признании и разлуке быстрая, динамичная, то следующая – довольно медлительная. Ритм задаётся песней, и все герои танцуют. Легко и беззаботно, не синхронно.

Влюблённость в море становится ключевой характеристикой. Стук колёс поезда и видео, где мелькают остановки, работают на атмосферу. Так же, как и пляжный мяч, и мыльные пузыри, и деревянный помост, напоминающий причал. Во второй истории помост – это уже чердак, на который взбирается Макс, чтобы показать коллекцию фигурок лошадей. Кажется не очень уместным видеоряд на фоне, он выбивается из эстетики спектакля. С другой стороны, изображение свободы и бегущих коней как-то рифмуется с морем, с его силой.

Вообще, Макс – герой, за которым интересно наблюдать. Его по-особому поставленная речь, тихая, при этом очень живая, как бы резонирует с предыдущим рассказчиком. Он помнит каждого отдыхающего по имени, знает их истории. Его чуткость по отношению к новым гостям, прячущаяся за отстраненностью, передана прекрасно. И перенос дружеских коротких отношений и влюблённости на физические предметы, то есть, сложный психологический механизм, воспроизведён с лёгкостью и простотой.

Кроме того, важно, что в любой истории на фоне моря не замирает жизнь. Актёры создают свои маленькие истории: кто-то играет в волейбол, кто-то выдувает пузыри, кто-то просто слушает музыку и смотрит на море. Благодаря этому создаётся ощущение, что истории действительно разворачиваются на пляже, где много людей, и у каждого своя жизнь, где многие – отдыхающие, в первый раз видящие море.

Действия, однако, не слишком много, меньше, чем текста. Во многом это связано с самим материалом – лёгкие прозаические тексты, где герои больше говорят, глядя на море. Для поддержания динамики существуют танцевальные вставки, где под известные мелодии, вероятно, выбранные самими актёрами, все как-то двигаются. Это тоже свобода, лёгкость, желание подпеть и “идти вместе”, как в песне The Beatles, звучащей почти в финале. Иногда это ещё и помогает сбросить излишний драматизм, показать, что всё хорошо и прекрасно, что это лишь часть детства, весёлая и забавная.

Композиционное решение спектакля связано со структурой материала – разрозненные рассказы. Но режиссёр Наталия Громова смогла сделать историю цельной за счёт впечатлений о море, похожих на ответы из интервью самих актёров. В этот момент на экране появляются актёры на пляже, смеющиеся, их лица крупным планом, как при любительской съёмке. И эта искренность подкупает зрителя, хочется верить в эти маленькие, короткие сюжеты о дружбе и любви.

В целом настроение спектакля мечтательное, возвышенно-восторженное, и с первого же момента зритель вовлечён. Конечно, иногда не хватает динамики и хочется, чтобы истории пересеклись, но это лишь маленькие недочёты. Потому что сама интерпретация прозаического текста сохранила все его достоинства, а герои, милые и наивные, вызывают симпатию.

Анастасия Суклетина
Студентка театроведческого факультета РГИСИ

14.30

Круглый стол с обсуждением спектаклей

Ведущий – театровед Алексей Пасуев

14.50

Открытый урок по сценической речи

Ведущий – педагог РГИСИ Егор Архипов

16.10 – 20.00

Творческая лаборатория

Руководитель – актер, режиссер театра «Мастерская». Художественный руководитель театральной студии «Кактус» Сергей Агафонов

Финал

17 марта, пятница

Большая сцена 

18.00

Гала-концерт

церемония награждения победителей XXIII международного «Брянцевского фестиваля» детских театральных коллективов